обезображенное тело, зона погудит месяц-другой, и в истории
  татуированного уголовника будет поставлена точка. Может, у кого-то
  останутся смутные подозрения, но обсасывание пустых догадок не
  прибавляет авторитета, поэтому обсуждать их не станут, и вскоре они
  забудутся.
   Вольф механически менял заготовки, росла горка готовых деталей. Перед
  перерывом за ними подкатил с тачкой Якушев.
   - Подожди, где Фогель? Кто мне норму выработки закрывать будет?
   Человек-лягушка опасливо оглянулся:
   - Фогеля к хозяину вызвали. Вроде из самой Москвы приехали по его
  душу.
   Мастер сказал, чтобы я считал и записывал, а потом кто-то наряд
  закроет.
   - Не понял, - возмутился Волк. - Что ты понимаешь в нарядах? Мне
  Фогель нужен. Я его подожду.
   Якушев пожал плечами:
   - Так он, может, и не придет. Да ты не бойся, я все правильно запишу.
   - Ну смотри, - угрюмо согласился Волк.
   В курилке все говорили о Фогеле. Мнения высказывались разные, но
  сходились в одном: ничего хорошего ему не светит.
   - Скорей всего, что-то старое выплыло, - сказал Кацман. - Может, труп
  откопали, может, еще что...
   - Вряд ли за Иоганном есть трупы, - усомнился Пар-цвания.
   - Я же говорю: "...может, еще что", - сварливо повторил Кацман. - В
  былые времена, когда ты досиживал свой срок, тебя вызывали в спецчасть и
  давали расписаться еще за десять лет.
   Шнитман доверительно взял Вольфа