вый глаз...
   - Что с вами, дядя Иоганн?! - изумился Вольф.
   Тот даже не повернул головы, молча прошел мимо и лег на свою койку. В
  столовую он не пошел.
   Вольф без аппетита ел едва теплые макароны и напряженно размышлял.
   Интуиция подсказывала, что он стоит на грани провала. А может, уже и
  за ней.
   После ужина он отозвал в сторону Волосюка.
   - Подойди к Коныхину и скажи, что сейчас Фогель соберет совет, чтобы
  устроить им правилку. После отбоя их всех вырежут!
   Осужденный Волосюк посмотрел с недоумением, но потом сидящий в нем
  помощник майора Климова опасливо выглянул наружу и кивнул.
   В жилой зоне сгустилась тревожная предгрозовая атмосфера. На площадке
  для курения десятка два зэков кучковались вокруг Коныхина, в помещении
  отряда собирались сторонники Фогеля.
   - Идем к старшому! - Парцвания будто случайно встретил Вольфа у входа
  и вроде дружески обнял его за плечи. Рядом оказался похожий на эсэсовца
  Эйно Вялло, тут же крутился человек-лягушка. Отказаться от приглашения
  было невозможно.
   Дядя Иоганн, сгорбившись, сидел на кровати, подбитый глаз совсем
  закрылся.
   Стоящие вокруг осужденные нехотя расступились. Фогель даже не
  посмотрел на подошедшего. Наступила неприятная пауза.
   - Так что случилось? - спросил Вольф в пространство. Язык не
  поворачивался произнести "дядя Иоганн".
   - Случилась очень нехорошая вещь, - медленно сказал Фогель,
  по-прежнему