ся, тут позвонить хотят. По твоей части.
   Тут же на площадку вышел молодой крепкий мужчина в майке и
  милицейской фуражке.
   - Я участковый. Покажь документы!
   Паспорт Вольфу еще не вернули, нового удостоверения не выдали, а
  наручниками и решетками он был сыт по горло. Поэтому, не вдаваясь ни в
  какие объяснения, он бросился вниз по лестнице.
   - Стой! Догоню, хуже будет! - крикнул вслед участковый, но
  преследовать не стал.
   Выскочив на улицу, Вольф быстро прошел до конца квартала, проверился
  и между домами выскочил на Ленинградский проспект, затерявшись в людской
  толчее.
   Очарование свободы пропало. Стемнело, снег усилился, мужчины и
  женщины несли елки, авоськи и пакеты с покупками, торты... Каждый знал,
  куда он идет, и каждого где-то ждали. А кто и где ждет расписанного
  зэковскими татуировками Вольфа?
   "Чего с твоей бабой случилось? - спросил кот. - Она что, галушки
  объелась?"
   "Это она его болт увидела! - сально захихикал черт. - Как у жеребца!
   Немудрено испугаться! А у меня во, гляди! Потрогать хочешь?"
   "Отвязни! - выругалась русалка. - У меня того, что тебе надо, все
  равно нет. Не нарисовали".
   "Видать, мы ей не понравились, - хрипло сказала женщина с креста. -
  Она чистенькая, ей с нами западло... Я б ей, суке, глаза выдрала да под
  хор подставила!"
   Поднялся всеобщий гам, картинки так оживленно обсуждали происшедшее,
  что разобрать