означительными взглядами.
   Когда обласканный Вольф возвращался на место, изумленные генералы и
  полковники с первого ряда не сводили с него глаз. И не только из-за
  сверкающих на груди орденов. Один взгляд был особенно пристальным.
  Выделив из общей массы лицо, Вольф узнал заместителя начальника по
  боевой подготовке рохи-сафедской бригады спецназа майора Шарова. Теперь
  тот был в форме полковника. Шаров едва заметно подмигнул и улыбнулся:
   - Полковник Гребенюк... Награждение шло своим чередом.
   - Генерал-лейтенант Раскатов...
   Вольф насторожился и всмотрелся в лицо очередного награждаемого.
  Высокий, крупнотелый, большеголовый, грубые черты лица, неприятный -
  большой и пухлый рот. Точно. Бывший командир бригады в Рохи Сафед. На
  груди блестела Золотая Звезда, которую он получил за акцию особой роты в
  Борсхане. Сейчас Грибачев прикрепил к мундиру Красное Знамя. "За умелое
  руководство важной боевой операцией". Когда Шарову вручили Красную
  Звезду "за проведение важной боевой операции", Вольфу стало ясно: кто,
  как всегда, рисковал жизнью, а кто в очередной раз урвал за чужой риск
  более высокую награду.
   Церемония завершилась, и сопровождающие провели девять офицеров и
  генералов в фуршетный зал. В огромном помещении были накрыты десятки
  столов.
   Самый длинный предназначался для награжденных - здесь собрались все:
  и из общего, и из секретного списка, и лауреаты.