загорелое лицо подошло бы для съемок вестерна, и, как в кино, настроение тут же сменилось, кустистые черные брови нахмурились, на лбу углубились морщины.
   - Зачем я это делаю? - продолжал он говорить с выключенным диктофоном.
   - Убийство еще не совершено, а уже есть два свидетеля. Глупо.
   Он сунул кассету в полиэтиленовый пакет и открыл ключом ящик письменного стола. Там хранился "стечкин". Пистолет нужен был для самообороны.
   На тот случай, если кто-нибудь из знакомых наркоманов вздумает разжиться на халяву его добром. Он даже раздобыл два патрона. Хватит, чтобы попугать и не слишком напугаться самому.
   Виктор резко задвинул ящик. Вариант с пистолетом ему не подходил.
   Кредитор опять назначит встречу в каком-нибудь кафе. Всегда выбирает людные места. И если открыть пальбу, скрутят в два счета.
   Он прошел на кухню. На верхней полке буфета стоял маленький пузырек, обклеенный черной бумагой. Его бы он не променял и на трех "стечкиных" с кучей патронов впридачу Чего ему стоил этот пузырек! Как он уговаривал Марка, как стелился перед ним. Отец, наверно, в гробу перевернулся! Майринг был непреклонен. Он решил, что кузену обрыдла вся эта канитель под названием "жизнь". Пришлось колоться, рассказать о "призраке". Прямо Гоголь, ей-богу! Тут уж Марк совсем встал на дыбы. Получается, что брат втягивает его в убийство?
   Да, получается. А ты как хотел? Кредитор тебя тоже потянет как родственника!
   (Домашняя заготовка.) Ему все известно о нашем родстве и о твоем материальном положении. (Тоже домашняя заготовка.) Они могут взять в заложники твою жену и детей. (Чистой воды импровизация.) Брат наконец клюнул. Виктор сумел задеть его за живое. Пузырек, полученный через день после этого разговора, грел душу, хотя Марк и бросил на прощание: "Знать тебя больше не желаю!"
   Жаль, конечно, потерять кузена, который мог стать настоящим