ак у тебя язык поворачивается? Родя с детства был тобой запуган. Дрожал, услышав твой голос.
   Так ты его любил? А ее зачем обзываешь? Ты не у меня в гостях, а у Аиды. Это ее дом. А не нравится - убирайся в гостиницу! Как тебе не стыдно, Игорь, ведь уже пожилой человек!
   - Ты еще будешь меня учить уму-разуму!
   - Иди спать! - вновь оборвала его Аида и посмотрела так, что у Игоря Дмитриевича начал дергаться глаз.
   - Иду, Аидушка, иду, - покорно согласился он, - а то развоевался на ночь глядя...
   Утром она любила понежиться. Обычно дожидалась, когда отец с Дуняшей уедут на экскурсию или пойдут в музей, и только тогда вставала.
   Сегодня она услышала, как Патимат с болью в голосе высказывает бывшему мужу: "Где у тебя голова? Привез ребенка в одних сандалиях! Куда? В Петербург, осенью! В шерстяной кофточке по дождю! Она за ночь не успевает высохнуть! А девочка уже кашляет!"
   Аида вскочила с постели и отправилась умываться.
   - Отец, отдыхай! бросила она на ходу, взглянув в его сторону. - Сегодня я гуляю с сестренкой.
   - У тебя выходной, дочка? - обрадовался Игорь Дмитриевич и, не получив ответа, обратился к девочке:
   - Слышала, сегодня ты будешь гулять с сестрой!
   Дуняша что-то испуганно пролепетала, но сквозь шум воды Аида не расслышала ее слов.
   У сестренки были густые каштановые волосы и большие светло-серые глаза.
   А вот одежка, действительно, никуда не годилась. Шерстяная кофточка, изъеденная молью, была раза в три старше девочки.
   - Признавайся, от кого получила в наследство? - выпытывала Аида.
   - От Ромы.
   - Рома-это кто?
   - Мой старший брат.
   - У тебя есть брат?
   - Не родной. У него другой папа. , "История повторяется", - подумала Аида.
   Она никогда не интересовалась магазинами детской одежды и пошла наобум, в первый попавшийся. Он оказался дорогим и вокруг были