амешаны в высокую политику. Борзому выгодно поссорить меня с Гедиминасом, и поэтому он жаждет вашей смерти. И не где-нибудь, а в Петербурге. Чтобы потом все свалить на меня. Поэтому отныне я буду вас беречь как зеницу ока.
   - Почему вы, а не Гедиминас?
   - Он далеко.
   Нечаев не упомянул об ожидающемся визите Гедиминаса в Питер. Или ничего не знал об этом, или специально скрыл от нее.
   - Вам придется немного пожить в этом доме.
   - Сколько?
   - Может, неделю, а может, две. Все будет зависеть от обстоятельств.
   - Я не люблю зависеть от обстоятельств, я привыкла подчинять обстоятельства себе.
   - Ну, милая моя, я насмотрелся на ваши художества!
   - На мои? Я только оборонялась.
   - Будем считать, что Дон поступил не умно, за что сам и поплатился в конце концов. Но вы все забываете, что в городе Петербурге, впрочем, как и в других городах России, еще существует милиция. И художества могут выйти боком.
   Мне стоило большого труда уладить последствия вашего шоу в "Амбассадоре". Я уж не говорю о деньгах! Поэтому не будем подчинять себе обстоятельства, как вы изволили выразиться, а постараемся жить мирно и спокойно...
   - В этом доме?
   - Я же сказал недельку, от силы - две.
   - Вы думаете, я смогу здесь жить спокойно? Здесь, где расстреляли мою подругу!
   - Ах, вот вы о чем! - Нотариус достал из кармана брюк носовой платок и протер им вспотевшую лысину. - Инга, я должен принести вам свои соболезнования, но я тут совсем ни при чем. Вы прекрасно знаете, что в это время я находился в Испании. Здесь жил Борзой. Он и раньше приезжал ко мне в гости, а тут они решили пойти на мировую с Донатасом. Я не мог ему отказать. В общем, Донатас распорядился вашей жизнью. Это было одно из условий их договора. Если бы я знал, что они затеяли на моей даче! В смерти вашей подруги повинны только Дон и Борзой. Я бы никогда не