рениям, чтобы избавить бедную девушку от похмелья.
   - Мы вчера с Соней вовремя подоспели. Ночью на даче нотариуса побывали люди Борзого. Они бы не пощадили ни тебя, ни девочку.
   - Знаю. Как мне найти Гедиминаса?
   - Этот сам тебя найдет, если захочет. Он остановился в "Прибалтийской".
   Может, съездим туда?
   - А не опасно?
   - Нелепый вопрос, Марк. Для меня каждый новый день опасен. Для тебя, кстати, тоже. Ты зря полез в это дерьмо. Я тебя предупреждала.
   - Я это слышу от тебя не в первый раз, - напомнил он.
   - И услышишь еще, - пообещала Аида. - Нечаев мне показывал снимок...
   - Я в курсе...
   - Что ты думаешь по этому поводу?
   - Думаю, что каждый зарабатывает на жизнь как может.
   Человек, сделавший снимок, сначала предложил его Соне, и, когда она отказалась ему заплатить, обратился к нотариусу. Ко мне он прийти постеснялся, потому что мы с ним знакомы. Соня описала мне этого парня. И по ее описаниям я узнал нашего старого приятеля Сашу.
   - Какая сволочь! - в сердцах воскликнула девушка.
   - Сволочь? Нам больше не потребовались его услуги, и он решил на нас заработать. Разве ты никогда не прибегала к шантажу?
   - Я убью этого гада! - негодовала она.
   - Ты собралась убивать всех, кто хоть раз в жизни оступился?
   - Оступился? Ты не понимаешь, Марик! Ты мыслишь литературными, гуманитарными категориями. Родька мыслил точно так же. Ты мало сталкивался с "враждебным миром", а у него свои законы. Если не ты его, то он тебя! Этого гада необходимо пристрелить, иначе он причинит нам непоправимое зло!
   - Ты, Аидка, - сумасшедшая, вот что я тебе скажу! Все зло, которое мог причинить, этот раздолбай Саша, он уже причинил. И на большее не отважится.
   - Ошибаешься! Ох, как ты ошибаешься, дорогой! Такие люди входят во вкус, и "враждебный мир" использует их на полную катушку!
   "Вихри