зать, не хватало на хлеб, не то что на презервативы! С продажей квартиры пришлось поторопиться.
   Слава богу, билеты на поезд он заранее приобрел, иначе пострадали бы ваши денежки...
   - Заранее приобрел, - в недоумении повторила Аида, но Алена не обратила внимания на эти слова, потому что слушала только себя.
   - Вы можете гордиться своим братом. Он ни копеечки не потратил из ваших денег, даже отказался в поезде брать постель. Представляете, целые сутки тряслись на голых полках? Он все твердил: "Привезу в целости и сохранности, и тогда сестренка подарит их нам". Это, конечно, не мое дело, но Родиону сейчас очень трудно, а будет еще трудней. Родина мама... (Ой, как смешно звучит!
   Чуть ли не Родина-мать!) - Выметайтесь отсюда! - закричала Аида. - Не заставляйте меня применять силу!
   - Как?.. Вы... - захлопала ресницами Алена. - Я ведь ношу под сердцем вашего племянника...
   - Мне наплевать с высокой колокольни, кого вы там носите! - Она сделала резкое движение в сторону поэтессы, отчего та мигом покинула кресло викторианской эпохи.
   - Не трогайте меня! Я сама соберусь! - Женщина забегала по комнате, в спешке запихивая в дорожную сумку свои вещи. Аида стояла, скрестив на груди руки, наблюдая, чтобы та не унесла из комнаты брата ничего лишнего.
   - Вы - очень жестокая, Аида, - бормотала женщина, - и совсем не похожи на своего брата. Вы ведь по гороскопу Весы, а значит должны быть более сдержанны и дипломатичны. Я сейчас поеду к Родиону на работу и все ему расскажу. Не знаю, как вы после этого будете смотреть ему в глаза?
   - Не забудь зубную щетку!
   Уже в дверях Алена жалобно попросила:
   - Вы мне не одолжите жетончик на метро?
   - Проваливай! - И Аида вытолкнула ее на лестничную клетку - Ладно, попрошу у кого-нибудь, - прошептала поэтесса медной начищенной до блеска дверной ручке в виде уродливой химеры. - Мир