ервую очередь и попросил избавить его от назойливого Майринга. "Парень хочет докопаться до истины, ищет приключений на свою задницу", - посмеялся он в телефонную трубку. По всей видимости, Донатас дал ей только положительные характеристики, иначе как объяснить, что Нечаев стал с ней советоваться по самым щекотливым вопросам. Нет, с каким юношей переспать сегодня ночью, тут ему советов не требуется, а вот, например, что делать с литовским компаньоном, который в последнее время выказывает непочтительность и даже строптивость, а кроме того, позволяет себе в его присутствии антирусские выпады? Она обещала переговорить с Доном. "Уж он-то его приструнит, будьте уверены". - "Спасибо, голубушка. У вас не голова, а кабинет министров!" Он оставил ей телефон испанского отеля на тот случай, если кто-нибудь из литовских друзей захочет с ним связаться.
   Она позвонила ему вчера вечером и взволнованным голосом произнесла:
   "Юрий Анатольевич, вам угрожает смертельная опасность! Наш общий друг советует вам перебраться с восточного побережья на южное. В Андалусии тоже можно неплохо отдохнуть". Она слышала в трубке его тяжелое, со свистом, дыхание. "Неужели этот мерзавец-компаньон!.." - начал кричать Нечаев, но она не дала ему докончить фразу. "Не волнуйтесь, Юрий Анатольевич. Я берусь сама все уладить, только для этого мне потребуется определенная сумма..." - "Сколько угодно, голубушка! Завтра же получите у моей супруги!" И на прощание она напомнила:
   "Следуйте совету нашего общего друга. И приятного вам отдыха".
   Дело сделано, и теперь поздно отступать. Жаль только, мало попросила, но большая сумма могла вызвать подозрение. А вот дальнейший ход событий непредсказуем. Она не знает, насколько старые приятели Дон и Нечаев сейчас завязаны деловыми отношениями. И как отразится ее блеф на их дальнейшей дружбе.
   А вот в том, что Юрий Анатольевич по возвращении