ил руку.
   - Тебе никто слова не давал, - поддержал его второй. - Сиди смирно, будь паинькой.
   - Паинькой я буду на ваших похоронах.
   - Врежь ей, Федор, - попросил тот, что за рулем.
   Федор снова замахнулся и снова опустил руку.
   - Да ладно! - бросил он. - Зачем красоту портить? Лучше ее трахнуть.
   - Только попробуй! - усмехнулась Аида. - Вставишь и не вытащишь!
   - Это как?
   - Отрежу! - Как бы мы тебе че не отрезали! - возмутился Федор и крикнул дружку:
   - Ну-ка, притормози возле того особняка!
   Впереди маячил двухэтажный шлакоблочный Дом, явно предназначенный под снос, потому что стоял уже наполовину без крыши, с выбитыми стеклами в окнах и повисшей на одной петле входной дверью.
   - Федя, не дури! - предупредил шофер, но все-таки остановился.
   - Она меня завела, а я уже месяц без бабы! - пожаловался тот.
   Аида огляделась вокруг. Место было тихое и зловещее. Крохотная улочка состояла из полуобвалившихся домов, будто здесь проходила линия фронта.
   - Сама пойдешь или как?
   - На руках неси! - приказала она, и парень с нескрываемым удовольствием повиновался.
   - Давай с нами! - предложил он дружку. - Девочка горячая! Будет о чем вспомнить!
   Федор не вошел, а влетел в дом. Ноша оказалась нетяжелой. Теперь предстояло найти местечко потеплее да помягче, чтобы все было хорошо.
   - Всем будет хорошо, - приговаривал он, и ноздри его похотливо раздувались.
   Он выбрал комнату менее загаженную, чем остальные. Здесь даже имелась железная кровать с панцирной сеткой, а на ней дырявый грязный матрас.
   - Счас приляжем.
   Он устал ее нести и ступал уже не так бодро, а под ногами хрустели одноразовые шприцы и прочий мусор. Она упала на кровать и тут же вскочила на ноги.
   Не дожидаясь, когда он расстегнет ширинку, пнула его коленом в пах. В следующий миг Аида вцепилась парню в