за версту несет плесенью!
   - Ты представляешь, сколько стоит такой дом? И кому он может принадлежать?
   - Аидка, прекрати! Все это лирика, бабьи домыслы и обыкновенный мандраж.
   Разговор пришлось в спешном порядке прекратить, потому что к ним подсела Вера. Она поставила на стол бутылку питерского "Бержерака" и объявила:
   - Коньяк за счет заведения!
   - Браво, Верка! - захлопала в ладоши Аида. - Между прочим, отличный коньяк! - сказала она по-венгерски и почему-то подмигнула Шандору.
   Барменша как-то призналась Аиде, что ей больше нравятся брюнеты восточного типа, даже армяне и турки, но судьба постоянно подсовывает блондинов с нордическим характером. Она сразу сориентировалась, что между Иваном и Аидой существуют некоторые отношения, а значит, снова блондин. "Се ля ви", как говорят русские, подражая французам. И Вера стала напропалую кокетничать с белобрысым, бородатым венгром. В свою очередь, Шандор, распаленный красавицами-стриптизершами, не только позволил себя обольстить, но и сам выказал недюжинный темперамент, растратив весь свой запас комплиментов на русских девушек вообще и на одну "очень привлекательный" в частности. Заминка произошла, когда Вера захотела узнать род деятельности Шандора. И тут ему на помощь пришел Иван.
   - Он мой компаньон по бизнесу. Аиду же он несколько часов назад уверял, что Шандор не имеет никакого отношения к его бизнесу. "Просто друг детства, случайно встреченный во Львове и ставший моим (в этом месте он сделал " паузу, как ей показалось, довольно тягостную и даже чуть ли не скорбную) телохранителем..." - Они торгуют вином, - подыграла Аида и, подмигнув на этот раз Вере, добавила:
   - и возьмут б нас с тобой в дело, если мы окажемся паиньками!
   - Ну, зачем же паиньками? - театрально возмутился Мадьяр. - Мы любим своенравных, строптивых, капризных! Если мужчина не чувствует сопротивления