ризнался он, понурив голову. - Я потерял брата и не хочу терять сестру.
   - Ты - ненормальный! Эта "сестра" убила твоего брата! Твоего настоящего брата! Дикость какая-то, ей-богу!
   - Дикость сродни античности, - рассуждал Марк. - Мифы иногда возвращаются.
   - Античные герои убивали не ради денег, - спорила с ним Людмила.
   - И ради денег тоже.
   Утром он отвез их на вокзал. Обещал Людмиле приглядывать за квартирой, а Андрейке прислать компьютерную игру.
   На прощание она сказала:
   - Прости, но я не гожусь в героини античного мифа. И даже в героини бульварного романа. Обо мне никто никогда не напишет и никто никогда не узнает.
   Я скоротаю свои дни в глухомани, но ничего не буду знать о ваших античных делах. Я больше не хочу вашей жизни... Прощай!
  
  ***
  
   Два дня Аида провалялась в постели с высокой температурой. Иван и Патимат по очереди дежурили возле нее. Причина болезни была непонятна врачам.
   Девушка лежала без сознания, в бреду. И при этом никаких признаков простуды.
   - Очень сильное нервное расстройство, - пришли наконец к заключению медики, которых приглашал к сестре Родион.
   - Что у вас там случилось? - спросил он как-то Ивана, когда тот остался с ними ужинать. - Сестренка опять кого-то убила?
   - Родя! - всплеснула руками Патимат. - Что ты такое говоришь?
   - А что я сказал? - В последнее время Родион частенько прибегал к циничным гримасам, но они плохо сочетались с его инфантильностью. - Он ведь собрался на ней жениться. Значит, должен все знать.
   - Все знать нельзя, но я знаю очень много, - успокоил его Иван и, помешав ложкой чай, в той же успокоительной манере добавил:
   - Смею вас заверить, накануне болезни Аида никого не убивала. Если вы желаете более полного отчета, то за минувшую неделю вашу сестру дважды могли убить. Она постоянно подвергается риску. Ничего удивительного,