ми на тренажере, пока тут был Дженкс, оказалось
  нетрудно.
   Бабун не обманывался.
   На высоте двух тысяч метров над вражеской территорией, в бурную ночь,
  когда мимо кабины пролетают трассирующие снаряды и мигают лампочки
  оповещения о ракетной атаке, штурману-бомбардиру приходится совсем не так
  легко. Пилот бросает машину из стороны в сторону, играя ручкой управления,
  словно рычагом, открывающим ворота рая. А штурман сидит на месте,
  уставившись на экраны радиолокатора и инфракрасной системы, управляя
  компьютером и лазером и при этом стараясь не вырвать прямо в кислородную
  маску. Это все Бабун знал. Он сидел на заднею сиденье F-14. Единственный
  способ усвоить все это - беспрерывное повторение. Каждая функция, каждая
  регулировка, действия по исправлению любой ошибки - все должно быть
  отработано до автоматизма. Если ты о чем-то задумываешься, значит, ты этого
  не знаешь и, конечно же, не вспомнишь в тот момент, когда твой взбесившийся
  мустанг несется прямо в пасть дьяволу.
   В пять вечера Джейке отвез его в общежитие.
   - Вечером учите СМПЛС.
   - Читайте инструкцию о поведении в аварийных ситуациях. - Завтра вы с
  Моравиа будете работать на тренажере вместе. Проведем несколько штурмовок и
  потренируем аварии. Послезавтра полетите на настоящем самолете. Надо
  вкалывать.
   - Спасибо, садист.
   - Вы делаете успехи, Таркингтон, хотя вы и пижон-истребитель.