еется, словом, ведет себя как
  нормальная женщина, а с ним она никогда такой не бывает, будь она проклята!
  А эти чертовы штурмовики просто пожирают ее глазами!
   Пилот, как решил Бабун, был весьма высокого мнения о себе. Вел он себя,
  как скряга, только что наконец решившийся потратить полтинник на то, что
  стоит не меньше двух долларов. Всякий раз, как Моравиа заглядывала в его
  маленькие свиные глазки, рот у пилота расплывался до ушей.
   Бабун все ждал, когда эта рожа лопнет, так она растягивалась.
   А этот бомбардир Дженкс ничуть не лучше. У него явно никогда не было
  приличной бабы. Дженкс рассказывал анекдот пилоту, а краешком глаза наблюдал
  за реакцией Риты.
   - Знаете, как истребительная дешевка определяет ухаживание? - После
  отрицательного, как положено, ответа слушателей Дженкс продолжал:
   - Шесть часов попрошайничества.
   Рита присоединилась к общему хохоту. От этих чертовых онанистов у Бабуна
  развилась сильная жажда. Официантка подошла, заметив его знак.
   - Четыре двойных текилы, дорогуша, - распорядился Бабун и огляделся
  вокруг, будто кто-то заказывал еще. Чертовы штурмовики по-прежнему пытались
  ухаживать за Моравиа, пока она рассказывала анекдот. - Я же сказал, -
  повторил он изумленной официантке.
   - Четыре? - переспросила она.
   - Ну да.
   Она пожала плечами и отошла. В клубе еще было полно офицеров, отмечавших
  конец недели. Женатики разошлись, зато прибывали резервисты,