у ночному перехвату, всегда готов. Бабун Таркингтон излучал
  искрящееся заразительное веселье; от него веяло жизнелюбием.
   - Я теперь не КАГ, Бабун. Я просто капитан в отпуске по болезни. - КАГ
  было сокращенным наименованием должности "командир авиагруппы" и рифмовалось
  со словом "лаг".
   Бабун долго тряс ему руку, а улыбка расплывалась почти до ушей.
   - Нам есть о чем поговорить! Я пытался дозвониться к вам, сэр, но ваш
  телефон нигде не значится.
   - Да. Мне пришлось сменить номер. Журналисты замучили.
   Бабун подтянул кухонный стул и уселся.
   - Я был чертовски рад, когда узнал, что вы живы. Что с вами случилось
  после того, как мы врезались в тот транспортник?
   - Меня подобрали в воде греческие рыбаки. Я ничего не помню. У меня было
  сотрясение мозга. К счастью, спасательные жилеты в наше время надуваются
  автоматически. В общем, меня выловили, и я остался жив.
   - Почему они не сообщили по радио или не пошли в какой-нибудь порт?
   - Радиостанция у них сломалась, а прерывать лов они не стали. - Джейк
  осмотрелся. Он снова был среди нормальных, привычных вещей. На какое-то
  мгновение... но он же здесь, в доме на берегу. - Они считали, что я скоро
  отдам концы, а упускать косяк рыбы не хотели. Я был без сознания. - Он пожал
  плечами. Чересчур круто заложил вираж. Зрение испортилось. Теперь приходится
  носить очки. - Джейк снял очки и осмотрел линзы, будто впервые видел их. - У
  меня осталось двадцать