кровь идет.
   Тебе не стыдно, Кевин?
   Ему явно ни капельки не было стыдно, отчего Карен заревела еще пуще. Люси
  забрала ее на переднее сиденье и прижимала к носу платок, пока кровотечение
  не прекратилось. Она обняла дочку. Ночью у Карен была рвота, поэтому Люси не
  пустила ее в школу.
   Мимо них с ревом проносились машины.
   - Попроси прощения, Кевин.
   - Я извиняюсь. - Он протянул руку и погладил волосы Карен. Постепенно
  рыдания утихли. Левой рукой прижимая платок к носу Карен, Люси перегнулась
  через сиденье и обняла сына. На этой неделе им пришлось туго. Терри был так
  взвинчен, он почти не разговаривал, орал на детей, когда они с шумом
  носились по дому.
   Чувствовалось, что это вулкан, который вот-вот взорвется. От него
  исходили напряжение и страх, чуть ли не прощупывались, и это пугало детей, а
  Люси приводило в ужас. Даже здесь, на шоссе, ее вдруг охватила волна
  безотчетного страха. Что натворил Терри? Что он сделает? Не обидит ли он
  детей? А ее? Мама, не плачь.
   - Я не плачу, милый. Мне что-то попало в глаз. - У меня уже все в
  порядке, - сказала Карен, бросая испепеляющий взгляд на заднее сиденье.
   - Хватит драться. Вы любите друг друга. Не надо больше драться. Меня
  огорчает, как вы дразните друг друга. Теперь Кевин взял ее за руку.
   - Поехали встречать бабушку.
   - Да. Поехали. - Она завела двигатель и влилась в поток машин.
  
  ***
  
   За ленчем Бабун и Рита сидели