с местными Котами, но это нис-
  колько не умалило нашего с Шурой удовольствия от поездки. Кошек я там
  перепробовал - не меряно! Помню, я тогда так вымотался в этой чертовой
  Усть- Нарве...
   Несколько раз мы с Шурой на автобусе ездили за город - в Разлив, Ре-
  пино, Комарово...
   Мой Плоткин считал, что я тоже должен дышать свежим воздухом и хоть
  изредка бывать на природе, а не только драться на нашем пыльном и гряз-
  ном пустыре и трахаться по чердакам и подвалам.
   Так что я очень неплохо знаю наши автомобильные дороги. И, как в этом
  ни горько признаться, даже самые лучшие наши трассы, специально вылизан-
  ные для проезда иностранцев и Людей, держащих в руках власть, - не идут
  ни в какое сравнение с обычными немецкими автобанами, как назвал эти до-
  роги Водила.
   Я помню, что когда волей-неволей приходилось признавать наше общего-
  сударственное поражение (а в последнее время это происходило все чаще и
  чаще!), Шура Плоткин всегда цитировал фразу из какого-то кинофильма. "За
  державу обидно..." - говорил Шура, и я видел, что ему, действительно,
  очень обидно за свою державу. Иногда он еще от себя добавлял: "И жутко
  стыдно..."
   Может быть, потому, что мой Плоткин в своей редакции изо всех сил на-
  ивно старался сделать все, чтобы не было ни обидно, ни стыдно за "свою
  державу", - мы никогда с ним не задумывались об отъезде из этой страны.
   Хотя я знал, что круг Шуриных и моих друзей, - и евреев, и русских, а
  также их Котов и Кошек -