тем обратно.
   Утром после завтрака с мамой вылетел, к обеду уже вернулся домой. Ма-
  ма очень не любит, когда Алик опаздывает к обеду.
   А двадцать пять тысяч долларов - "на дороге не валяются", как сказал
  этот здоровый русский шоферюга из Питера.
   Вот его почему-то Алику жалко... То ли потому, что он с котом ездит,
  то ли еще почему. Но жалость для Алика - непозволительная роскошь, и он
  тут же отметает от себя это непривычное для него ощущение
   Все-таки есть достаточно серьезная опасность, что Алика могут вычис-
  лить. Особенно, если это дело полиция не спустит на тормозах и за это
  возьмется "Крипо" - криминальная полиция. Там сидят ребятишки серьез-
  ные...
   Ну, да Бог не выдаст, свинья не съест! Как говорится, овчинка стоила
  умылся и переоделся, я попытался зазвать его в фургон, чтобы показать
  ему
   Из России пареньки-"исполнители" или, как их теперь стало модным на-
  зывать - "киллеры", всего за три тысячи баксов в Америку летают. Плюс,
  конечно, дорога туда и обратно. А Алик только один аванс получил -
  пятьдесят тысяч. Не долларов, а немецкими марок, но тоже неслабо. Осо-
  бенно, если учесть, что завтра при расчете он еще столько же получит!..
   Многих слов в мыслях Алика я не понял. За шесть лет своей созна-
  тельной жизни я, например, впервые услышал такое, как "абендцайтунг",
  "принц", "панорама", "венеция", "компьютер", "гондола", "виртуозность" и
  "неонацизм".
   Но я понял главное - как бы Алик ни старался