- "труп", "покойник". Так, как их назвал бы
  Шура Плоткин. А ведь это - более чем неточно!
   Ну, Лысый, черт с ним... Труп он и есть труп. А вот то, что осталось
  там на автобане от Алика - ни "покойником", ни "трупом" не назовешь.
  Так... Некие кровавые ошметки, спрессованные с кусками искореженного ме-
  талла, без каких-либо малейших признаков человеческого тела и автомоби-
  ля.
   Недаром я от одного взгляда на эту картинку блевал чуть не до обморо-
  ка!
   И вообще, Алик сильно ошибался, когда думал, что немцы могут это дело
  "спустить на тормозах". Дескать, потому, что сегодня в Германии разборки
  русских мафиози стали привычным явлением.
   Газеты - не только "Абендцайтунг", как думал Алик, но и "Тагесцай-
  тунг", и "Бильд", и даже, уж на что солидная газета, - "Зюддойчецай-
  тунг", изо дня в день печатали репортажи о том, как проходит следствие,
  как полиция топчется на одном месте, давали фотографии Алика, Лысого и
  моего Водилы с их документов, фотографии с места происшествия, изображе-
  ния раздолбанного голландского рефрижератора, нашего разбитого "Вольво",
  фото уцелевших пачек с кокаином...
   Вплоть до химических анализов именно этого кокаина, которые давали
  довольно четкое представление о его родословной и месте возникновения.
   Телевидение - чуть ли не все немецкие программы - тоже вовсю упражня-
  лось в показе пережеванной груды железа с остатками того, что было Али-
  ком, крупные планы мертвого Лысого с двумя черными дырками