диняли их - относительная равность положения, при-
  мерно одинаковый высокий жизненный уровень и общая давность пребывания
  за границей своей родины, которой они видите ли, стеснялись, и между со-
  бой зачастую разговаривали на плохом английском языке.
   И, конечно же, все вместе не переваривали представителей последней
  волны эмиграции. Глядя на недавно приехавших в Мюнхен Котов и Кошек, ко-
  торые поначалу на каждом шагу делали привычные советские глупости и по-
  падали впросак из-за элементарного незнания Запада, - староэмигрантские
  Коты, наверное, вспоминали свое собственное ничтожество тех лет, когда
  они сами впервые появились на этой заграничной земле.
   Стоило хоть немного споткнуться Новоэмигрантскому Коту, как Старый
  эмигрант презрительно цедил сквозь усы:
   - Ах, как это все у вас по-русски!
   Тем самым давая понять, что уж он-то никакого отношения к этой ужас-
  ной стране не имеет.
   - Уж если вы все-таки оказались на Западе, - назидательно говорил та-
  кой Кот, - переехали, так сказать, в Свободный мир, так извольте...
   Дальше шел поток бездарных нравоучений, примитивных сентенций, ба-
  нальнейших благоглупостей и невероятного количества примеров из "богато-
  го жизненного опыта" самого Кота-Староэмигранта.
   Вся это местечковая словесная шелуха перемежалась английскими и не-
  мецкими словами, что должно было показать - сколь Западен стал Староэ-
  мигрантский Кот, если он даже позабыл многие русские слова, и их значе-
  ние