кот ни был - хоть малаец, хоть китаец, хоть баварец, мы
  его сделаем РУССКИМ! Закажем ему потрясающие русские документы, и бога-
  тенькие любители домашней экзотики будут драться за право купить у нас
  этого Кота! А мы только цену будем набавлять... Ты вспомни, как у нас
  чуть с руками не оторвали того тупорылого щеночка, крашеного в полоску,
  которого мы продали за детеныша гиены?!. Вспомни какой был ажиотаж!..
   - Правильно! Но то была Швейцария, Женева, и тот болван из Организа-
  ции обьединенных наций, который купил этого щенка, на следующий день
  улетал к себе в Норвегию. Мы ничем не рисковали... А тут...
   - А тут нужно работать на наших привычных немецких стереотипах, -
  прервал его Шредер. - Раз большой и страшный, раз дикий, значит, - РУСС-
  КИЙ! А РУССКИЙ - это уже экзотика! Как крокодил, живущий в ванной комна-
  те, или друг семьи - трехметровый тигровый питон в спальне. Сейчас это
  жутко модно!
   - Гениально! - воскликнул Руджеро Манфреди. - Мы должны дать понять
  покупателю, что именно за этим котом стоит гигантская страшная страна -
  вечные снега, Сибирь, тайга, мафия, белые медведи и миллионы немецких
  могил времен Второй мировой войны... И вот, среди этих могил по жуткой
  русской земле ходит такой дикий кот, способный разорвать в клочья белого
  медведя!..
   - Точно! - подхватил Шредер. - Таким образом, мы резко вздергиваем
  цену на этого якобы РУССКОГО кота, а во-вторых, снова повышаем интерес
  Германии к России, сильно