кидало ощущение, что вице-консул тоже разго-
  варивает не слишком самостоятельно. Не с голоса своей Кошки Нюси, но, во
  всяком случае, под очень сильным Нюськиным влиянием. Понял я это потому,
  что на мой вопрос, заданный Эрихом вице-консулу, - не смог бы Российский
  консулат взять на себя заботу и материальную ответственность за отправку
  этого уникального русского Кота, гражданина России, по месту его посто-
  янного проживания в Санкт-Петербург, Нюськин вице-консул ответил с отк-
  ровенностью, совершенно не свойственной дипломатам любых стран:
   - О чем вы говорите, герр Шредер! Откуда у нас деньги на перевозки
  Котов?! У нас, русских дипломатов, даже медицинских страховок нет! Слу-
  чись что-нибудь со мной, с женой, не дай Бог, с детьми, - мы же сдохнем
  или по миру пойдем! У нас же месячная заработная плата здесь - самая
  низкая среди всех дипломатических представительств других государств...
   Тут я впрямую услышал чисто Нюсины интонации:
   - Наше министерство иностранных дел удавится, если мы попробуем отп-
  равить этого Кота за наш счет! Да и нас отсюда попрут вслед за этим Ко-
  том, как миленьких!..
   - Но этот же Кот - подданный России! - демагогически воскликнул я го-
  лосом Эриха, а Эрих уже от себя добавил: - В конце концов, господин ви-
  це-консул, такой Кот - достояние государства!
   На что вице-консул горько сказал - то ли с подачи Нюси, то ли сам по
  себе:
   - Сегодня, уважаемый герр Шредер, в России так все неясно и смутно,
  что