поэтому десять лет назад моя жена затосковала,
  забрала нашего сына и уехала с ним в Калифорнию к человеку, у которого
  оказалось гораздо больше свободного времени. А теперь, представьте себе,
  я приобретаю живое существо, рассчитывая на его дружбу, и не могу с ним
  общаться! Что происходит с этим мудрым и прекрасном Котом? Он впадает в
  черную меланхолию и укатывает куда-нибудь в Австралию, предположим... И
  я его очень хорошо понимаю. На его месте я бы сделал то же самое. Могу я
  попросить еще чашечку кофе?
   Честно говоря, вот так, за общим столом с Людьми, на равных, я сидел
  впервые в жизни. Да еще за границей!
   Обычно, если у нас в Петербурге собиралась какая-то компаха Шуриных
  приятелей с девушками и без, я - или уходил из дому, чтобы никому не
  пришло в голову погладить меня и потискать в угоду Хозяину дома, или ва-
  лялся на недосягаемой для гостей высоте. Под самым потолком. На предпос-
  ледней полке книжного стеллажа между разрозненными томами Еврейской эн-
  циклопедии, в которую Шура никогда не заглядывал, и тридцатитомным соб-
  ранием сочинений Максима Горького. Стихи его Шура не переваривал, а про-
  зу, прочтя однажды в юношестве, больше не брал в руки.
   Там Шура выделил мне место для наблюдательного пункта и отдыха, и с
  приходом гостей я или дремал там, или, наоборот, с интересом наблюдал за
  происходящим, о чем мы потом, с моим Плоткиным, после ухода гостей с
  удовольствием сплетничали.
   Когда я говорю, что впервые сейчас