на улицу. Я, честно говоря, упирался и не хотел
  ни в какую! С какой стати?! Он меня будет обзывать, а я его, видите ли,
  встречать должен...
   Но тут за меня взялись Таня и Эрих, каждый на своей волне, и я сло-
  мался. В конце концов, пока этот блядский Фридрих был единственной приз-
  рачной возможностью попасть мне в Петербург, и почти реальной вероят-
  ностью заработать Эриху, Хельге и Руджеро на ремонт дома. А их я "зало-
  жить" не мог. Как бы ни был обижен.
   Я вспрыгнул на стойку ворот двухметровой высоты и уселся там наверху,
  демонстрируя, как мне казалось, полное пренебрежение к Человеку, которо-
  го все, даже Хельга, ждали с таким трепетом и почтением! Кроме Тани Кох,
  к слову сказать.
   До того, как выйти из дома, только и разговоров было, что "фон Тифен-
  бахи" - знаменитый старейший германский род, - потомки королей, принцев,
  баронов и еще черт знает кого!
   И что этот самый Фридрих, страдающий, как сказал профессор фон Дейн,
  "некоторыми возрастными необратимыми недомоганиями", обладает какими-то
  несметными сокровищами и неисчислимым наследственным состоянием.
   Что такое "несметные сокровища" и "наследственное состояние" - я ни
  хрена не понял. Наверное, тоже что-то вроде старческих заморочек: там
  болит, здесь болит, погадил - цвет не тот, пописал - струя кривая...
   А вот, что значат "необратимые возрастные недомогания" - я просек
  сразу же! Если по-нашему, по-простому, так это - "ПИПИСЬКА У НЕГО НЕ
  СТОИТ"! Трахаться ему