своим не верю! А где же "Мис-
  тер-Твистер", мать его за ногу?! Я и раньше подозревал, что кое-что лиш-
  нее я себе от злости нафантазировал, но чтобы до такой степени?! Полный
  отпад...
   И шестидесяти пяти ему не дашь. Максимум - пятьдесят. Ну, пятьдесят с
  хвостиком...
   М-да... Как выражалась киевская Кошка Циля - "тут я пролетел, как фа-
  нера над Парижем"!
   А этот фон Тифенбах размахивает рекламной листовкой с моим, действи-
  тельно, ужасным изображением, и спрашивает всех так весело:
   - Ну-с, и где же этот ваш "Дикий, Сибирский, Русский, Таежный, Сторо-
  жевой" - он же Гангстер, он же Крестный отец наркомафии?
   Таня Кох берет его за руку, подводит к воротному столбу, на котором
  сижу я, показывает на меня пальцем, и говорит ему:
   - Знакомьтесь, - а мне мысленно добавляет: - Умоляю, веди себя прис-
  тойно!
   А меня уже и умолять не надо. Смотрим мы с этим фон Тифенбахом друг
  на друга, и я вдруг неожиданно понимаю, что вижу перед собой безумно
  ОДИНОКОГО ЧЕЛОВЕКА!
   ЧЕТВЕРТОГО ОДИНОКОГО ЧЕЛОВЕКА В МОЕЙ ЖИЗНИ, поразительно раскрытого и
  готового к КОНТАКТУ с самым глубоким проникновением в сознание реципиен-
  та. Или "перцепиента"?.. Эти слова из книги доктора Шелдрейса я всегда
  путаю!
   Короче. Я такого еще не встречал!..
   И пусть никогда не обидятся на меня три близких мне Человека, с раз-
  ной степенью привязанности, но с одинаковым градусом ОДИНОЧЕСТВА - Шура
  Плоткин, Водила, Таня Кох...
   Для того, чтобы "приручить"