из машины.
   Фридрих остался у дверцы "Роллс-Ройса", стоит, улыбается. Я вспрыгнул
  на капот, уселся, грею хвост и задницу, разглядываю стоящих передо мной.
   - Боже! - восклицает кухарка. - Это же он!!! Тот котик из телевизо-
  ра!..
   - Точно!.. Это я о нем читал в "Абендцайтунг"... - удивился шо-
  фер-секретарь.
   - Дорогие друзья! - гордо и торжественно произносит фон Тифенбах. - Я
  хочу представить вам нового обитателя этого дома - русского Кота с уди-
  вительной биографией. Имя его - КЫСЯ. Я знаю, что для нас, немцев, это
  достаточно сложнопроизносимое имя. Однако я надеюсь, что со временем вы
  научитесь называть его правильно. А теперь, с вашего разрешения, я
  представлю вас Коту Кысе. Фрау Ингрид Розенмайер - шеф кухни и страж
  здоровья наших желудков...
   Фрау Розенмайер - тетка лет сорока пяти, совершенно серьезно сделала
  передо мной книксен и поклонилась мне. Я чуть не поклонился ей в ответ,
  да во время спохватился. А про "книксен" я от Шуры слышал. Он одной на-
  шей девке показывал, а я был рядом...
   - Фрау Барбара Ковальска, - слегка иронично представил мне Фридрих
  молоденькую и жутко фигуристую польку. - Надеюсь, она не очень огорчит-
  ся, когда узнает, что за тобой ничего не надо будет убирать! Как у меня
  записано, - фон Тифенбах вынул из кармана куртки блокнот и заглянул в
  него: - Кыся все свои дела совершает только на свежем воздухе. Даже в
  петербургские морозы! Фрау Ковальска сегодня же сочинит для Кыси