ху ни духу. Тоже - свинья порядочная! Набол-
  тал, натрепался... С Собаками вечно так - полнейшая безответственность.
  Как выяснилось, даже у Полицейских Собак, мать их за ногу!
   В тот вечер мы с Фридрихом валялись у телевизора с экраном, примерно,
  с наше кухонное окно в Петербурге. Фридрих на диване, я - в кресле. Это
  кресло как-то само по себе закрепилось за мной, и в него, как и в ТО
  КРЕСЛО - в Шуриной квартирке на Гражданке, - уже никто не садился.
   Шли последние известия по программе РТЛ, и вдруг от одного сообщения
  мы оба, уже совсем было задремавшие, встрепенулись как ужаленные!
   На полутораметровом экране появился какой-то тип лет пятидесяти и
  сказал, что криминальная полиция Баварии при содействии специальных
  служб России вновь возвращается к расследованию "Русской кокаиновой тра-
  гедии", произошедшей осенью на автобане номер девять под Мюнхеном. Как
  удалось выяснить, оказалось, что эта трагедия, считавшаяся делом рук
  только одном русской наркомафии, своими корнями уходит глубоко в почву
  Германии...
   - О Боже!.. - вздохнул Фридрих и с жалостью посмотрел на экран. -
  Слова в простоте не скажут... Нет, чтобы открыто заявить: в это деле за-
  мешаны и наши немецкие бандиты - так нет же! "...корнями уходит глубоко
  в почву Германии..." Как только полицейский, или любой другой чиновник,
  доберется до поста общегосударственного уровня, - так ему сразу хочется
  говорить образно и мыслить философски! А он по своему уровню