ри сколько хочешь. Мы только что с Фолькмаром вернулись из
  клиники. У нас была сегодня очень серьезная операция и я боялась, что ты
  позвонишь именно в то время, когда я буду ассистировать Фолькмару...
  Когда ты вылетишь? Мы тебя встретим!..
   - Таня! Таня... Я не могу сейчас никуда вылететь... Я не знаю, смогу
  ли я в ближайшее время вообще попасть в Мюнхен. Мне в Нью-Йорк нужно! А
  до этого...
   Я вспомнил своего несчастного Водилу и сказал Тане в Мюнхен:
   - А до этого - у меня здесь еще куча дел!
   Таня чуть не заплакала:
   - Кот, родненький... Чем я могу тебе помочь? Может быть, тебе дать
  Фолькмара?
   - Нет, - твердо сказал я. - Соедини меня с Фридрихом.
   Мгновенно в трубке что-то тихо щелкнуло, и я услышал спокойный хрип-
  ловатый голос Фридриха фон Тифенбаха:
   - Здравствуй, мой дорогой.... Я подключился, как только услышал вы-
  зов. Я так и думал, что это звонишь ты. Вот видишь, как многому я у тебя
  научился? А так как у нас с Таней телефоны скоммутированы - можешь не
  повторять всего того, что ты говорил ей. Я слышал. Ты убежден, что твой
  Шура живет в Нью-Йорке?
   - Так он написал на своей визитной карточке. Здравствуй, Фридрих!
  Прости меня, пожалуйста, у меня здесь совсем голова кругом пошла...
   - Я слышу. Не нервничай. Я не могу немедленно позвонить в Вашингтон к
  одному своему приятелю-конгрессмену - сейчас в Америке еще очень раннее
  утро, и он, скорее всего, еще спит. А ночью - нашей Мюнхенской ночью я
  позвоню