его Водилу, признался в том,
  что не знаю ни его имени, ни фамилии, ни точного адреса, но очень-очень
  его люблю! И, что мне обязательно нужно сообщить ему, что он целиком и
  полностью оправдан в том кокаиновом деле. А если наши продолжают еще
  здесь катить на него бочку, - то я позвоню в Мюнхен одному Человеку, с
  которым мы только что разговаривали, моему старшему другу, - он свяжется
  с самим Полицейским министром Баварии, а тот, в свою очередь, с нашими
  органами, и еще посмотрим, кто от этого всего выиграет... Как бы кое-ко-
  му из наших русских по шапке не надавали!
   - Ох, Кыся! - весело рассмеялся Митя. - Знаешь, кто ты? Ты - Кот-иде-
  алист. Я тебе так скажу: наши сейчас никого в мире не боятся. На нас уп-
  рава одна - доллар! И так - снизу доверху... Ладно. Задержишься здесь на
  месячишко - все сам поймешь. Как мы твоего дружка-то искать будем? Ты об
  этом подумал?
   Я смутился. Точного плана поисков Водилы у меня еще не было. Честно
  говоря, я надеялся на случайность. Дескать, Митя посидит в машине, по-
  дождет меня, а я часок покручусь там по дворам, поговорю с Котами и Кош-
  ками. И так дня за три-четыре, может, и найду своего Водилу.
   Когда я, запинаясь от сознания идиотизма такого плана, предложил этот
  вариант поиска Водилы, Митя посмотрел на меня с нескрываемым презрением:
   - Чокнутый, что ли? - сказал он. - Ты от того, что своего Шуру в Аме-
  рику упустил, совсем головкой тронулся! Кто ж так ищет?! Что это за са-
  модеятельность?!