АНЬ!!! ТЫ УЖЕ ШЕВЕЛИШЬ РУКАМИ, ТЫ ДАЖЕ ДЕРЖИШЬ
  МЕНЯ - А Я ВЕДЬ ОЧЕНЬ ТЯЖЕЛЫЙ... ТЫ УЖЕ РАЗГОВАРИВАЕШЬ!.. ТЕБЕ ОСТАЛОСЬ
  ТОЛЬКО ВСТАТЬ! ВСТАНЬ, ВОДИЛА! УМОЛЯЮ ТЕБЯ!
   Завороженно глядя мне в глаза, Водила глубоко вдохнул и с хорошо
  слышным хрустом во всем своем отощавшем, но по-прежнему очень большом
  теле, с невероятным трудом приподнялся из своей инвалидной коляски и
  ВСТАЛ НА НОГИ, держа меня на руках!..
   - Мамочка! Мамочка!.. - закричала Настя. - Папа заговорил!.. Папа за-
  говорил и сам встал на ноги!!!
   А я упал в обморок... Так и повис на руках у Водилы.
   Кто бы мог подумать, что от очень сильного нервного перенапряжения
  Коты могут упасть в обморок?! А вот, оказывается, могут.
   Ночевал я все-таки в своем пятизвездочном Котово-Собачьем пансионе
  господина Пилипенко И. А., потому что когда меня откачали и я пришел в
  себя, Митя - мой верный шофер и телохранитель, настоял на том, чтобы я
  не оставался ночевать в Водилином доме, а немедленно ехал бы в Пилипен-
  ковский пансион.
   Там, дескать, круглосуточно дежурят врачи-ветеринары - не ниже доцен-
  тов и докторов наук, и он, Митя, не имеет права оставить меня сейчас без
  врачебного присмотра после всех тех нервных стрессов, которые свалились
  на мою голову в первый же день пребывания в Петербурге. На этом он нас-
  таивает и как Друг, и как Человек, отвечающий за каждый мой волосок сво-
  ею собственной головой.
   Тем более, что на дворе уже почти ночь, а завтра у Кыси, как