Тут еще, на мою беду, когда мне казалось, что я уже почти достиг це-
  ли, Капитанско-Александр-Ивановические-Кэп-Мастерские запахи стали нео-
  жиданно раздваиваться! Часть из них ровным потоком влекла меня к цент-
  ральной двери этого коридора, откуда раздавались голоса и команды, а
  вторая часть уводила меня вниз - не к той лестнице, по которой я сюда
  поднялся, а к другой, коротенькой лесенке, вправо от этих центральных
  дверей.
   Должен признаться, что на мгновение я растерялся. Однако, на мое
  счастье снизу, вдруг примчался какой-то мужик в сапогах, комбинезоне и
  вязаной шапочке и постучал в эту дверь.
   Дверь отворилась, и оттуда высунулся молоденький паренек в свитере и
  огромной фуражке.
   - Чиф, Мастер на мостике? - спросила вязаная шапочка у огромной фу-
  ражки.
   - Чего ему тут делать? - ответила фуражка шапочке. - Он на мостике
  всю ночь проторчал. Имеет право человек отдохнуть после вахты?!
   И я понял, что Капитана за-этими дверями нет.
   Тип в сапогах, комбинезоне и шапочке ссыпался вниз по большой лестни-
  це, а я прямиком направился к маленькой, короткой.
   Спустившись на несколько ступенек вниз, я увидел в тупичке дверь с
  красивой золотой табличкой, на которой что-то было написано. Концентра-
  ция Капитанских запахов в этом тупичке была максимально сильной.
   Но самое замечательное, что еле уловимый элемент женских запахов, ко-
  торый я с трудом различил ночью, лежа в инструментальном ящике под ре-
  монтным