омый мне запах "Сталичной" вод-
  ки.
   Причем должен отметить, что при всем моем неприятии алкоголя, этот
  запах был на несколько порядков благороднее и лучше, чем запах "Столич-
  ной", которую Шура покупает в Петербургских ларьках и магазинах.
   Помимо алкогольных запахов, я обнаружил, повторяю, очень невырази-
  тельные запахи Лысого, чьи-то еще (вероятно, грузчиков), и запах незна-
  комых мне денег вперемешку с запахами сотен неизвестных Людей, когда-ли-
  бо державших эти деньги в своих руках...
   Запах этот шел от одной из верхних коробок, и не успел я сообразить
  из какой, как вдруг услышал негромкие шаги, и уже в следующую секунду
  увидел, как Лысый отстегивает заднюю брезентовую полость фургона.
   Откинув ее в сторону, Лысый осторожно и неторопливо огляделся по сто-
  ронам, убедился, что его никто не видит, и очень ловко вскочил в фургон,
  плотно задернув за собою заднюю брезентовую полость.
   Я подумал, что мне лучше и безопаснее всего не информировать Лысого о
  своем присутствии в его фургоне и не бросаться к нему навстречу с ра-
  достным мурлыканьем. Я затаился между коробками, сохраняя за собой пре-
  восходную возможность обзора. И побега.
   Лысый вытащил из кармана куртки маленький фонарь (вот оно, несовер-
  шенство Человеческих возможностей! Мне, например, фонарь в темноте - как
  рыбе зонтик...) и полез наверх под самый брезентовый потолок, откуда,
  как мне казалось, и идет запах незнакомых мне денег.
   И действительно, Лысый