наверное,
  было повсюду написано это безликое объединяющее слово - "Кошка", и ни
  разу не было упомянуто слово "Кот". Мастер решил, что в вольном переска-
  зе он имеет право на вольную редактуру. Называя Акимушкинских "Кошек"
  "Котами", он таким образом щадил мое слегка уязвленное самолюбие и при-
  мирял меня с Автором.
   Это было очень трогательно с его стороны и ничуть не нарушало моего
  интереса ко всему, о чем он рассказывал.
   А рассказывал он поразительные вещи! Я узнал, что с началом Христи-
  анства Коты и Кошки из "Божественных созданий" превратились в "темные
  силы", в "исчадье ада", в "пособников" колдунов и ведьм и подвергались
  жесточайшему и идиотскому истреблению.
   По всей католической Европе, во все христианские праздники живьем
  сжигали и закапывали Котов в землю, жарили их на железных прутьях!.. А
  во Фландрии, в городе Иперн, Котов сбрасывали с высокой башни!.. Этот
  дикий обычай был введен жестоким кретином графом Болдуином Фландрским и
  просуществовал, благодаря этому идиоту, этому подонку и мерзавцу, начи-
  ная с десятого века еще сотни лет.. До самого Ренессанса продолжалось
  массовое истребление Котов, нелепые судилища над ними и жесточайшие
  расправы.
   Мне чуть дурно не стало от всех этих подробностей. Я припомнил
  кое-какие не очень трезвые рассказы Шуры и прервал Мастера:
   - Мне мой Плоткин как-то не раз говорил, что с Людьми было тоже нечто
  подобное...
   - В сравнении с недавним российским