ся в то, что я говорю, принимает дрожь моего го-
  лоса за проявление испуга, смелеет и с диким криком: "Разорву падлу!.."
  - бросается на меня.
   Ну и, естественно, тут же получает серию ударов когтями по харе -
  раз, два, три, четыре!..
   От неожиданности и боли Пес переворачивается через голову и с воем,
  срывающимся в обиженный визг, отлетает в сторону.
   Я уже собираюсь было войти в харчевню, в расчете на то, что уж там
  этот "боец" не посмеет продолжить драку. А я смогу, потеревшись о
  чьи-нибудь ноги, спокойненько стяжать себе чего-нибудь съестного. Но не
  тут-то было...
   На вой этого обалдуя, откуда ни возьмись, мчится такая же беспород-
  ная, разноликая и грязная "Собачья свадьба".
   Сейчас я попытаюсь объяснить, что это такое.
   Так как Собаки, за очень редким исключением, в большинстве случаев -
  скопище кретинов, подхалимов и тупиц, не умеющих даже нормально трах-
  нуться, то собирается компашка, примерно шестьсемь разнокалиберных
  Псов-Кобелей, и начинает бездарно, помногу часов бегать за ОДНОЙ грязну-
  лей Сучкой, которая, опустив голову к земле и делая вид, что она там че-
  го-то отыскивает, неторопливо убегает от этой унылой своры Кавалеров-Те-
  оретиков.
   Кавалеры же - от Кобелька-самосерьки, величиной с пивную бутылку, до
  провонявшего помойками Дворняга ростом с теленка - сутки покорно бегают
  за Сучкой, считая за счастье, когда кому-нибудь из них удается понюхать
  у нее под хвостом!
   Я вообще удивляюсь -