еда Истлейка.
  Наш друг. Джек, это - Мартын. Настоящий русский Кот. Представляешь,
  Джек, он один, сам приплыл в Нью-Йорк из России!
   - Привет, Мартин, - сказал Джек, не осилив буквы "ы".
   Я вежливо вильнул хвостом, но промолчал.
   - Серьезный Котяра, - с уважением заметил Джек и оценивающе оглядел
  меня со всех сторон. - По версии профи-бокса - верный полутяж. Даже бли-
  же к тяжу...
   Я сразу почувствовал симпатию к этому Джеку. Уж чего-чего, а профес-
  сионального бокса, и именно американского, я в Германии по телеку нас-
  мотрелся до одури! И что такое "тяж" или "полутяж", для меня не состав-
  ляло загадки.
   - Только он не любит, когда его гладят, - неожиданно сказал Тимур
  Джеку.
   - Я его понимаю. Я тоже этого не люблю, - ответил Джек. - Вас покор-
  мить, ребята?
   - Спасибо, Джек. Мы подождем маму.
   - Олл райт! Тогда - привет, - и Джек пошел по своим делам.
   - Откуда ты знаешь, что я не люблю, когда меня гладят? - спросил я
  Тимура.
   - Я это в порту понял.
   Нет, я определенно везучий Котяра: пацан мне попался, как сказал бы
  Водила, - просто зашибись! Классный пацан. Теперь бы еще разыскать Шу-
  ру...
   Но тут прибежала запыхавшаяся Рут, притиснула к себе Тимура, поцело-
  вала меня в нос, бросила какието бумаги в стол и побежала за стеклянную
  загородку к своему начальнику.
   Там она ему что-то рассказала - весело, со смехом, а потом указала на
  нас. Начальник посмотрел в нашу сторону, помахал Тимуру, и Тимур