н и
  не очень ясно представляю себе величину всех владений Мадам. Однако
  охотно верю в их грандиозность.
   В разговоре с седым Крысом я невольно заговорил языком Фридриха фон
  Тифенбаха - сдержанно и, насколько мне это доступно, интеллигентно, вре-
  мя от времени обнаруживая глубину своих знаний, способную поразить любо-
  го собеседника. А так как знаний у меня было "с гулькин хвост", то я
  пользовался только манерой разговора Фридриха.
   Я начисто исключил из своего лексикона слегка приблатненную манеру
  речи сегодняшнего так называемого "культурного слоя" общества и совер-
  шенно не пользовался наиболее близкой мне - чуть хамоватой, но четкой и
  выразительной - речью Водилы, милиционера Мити и всего нашего Санкт-Пе-
  тербургского пустыря.
   Старый Крыс заверил меня, что Мадам уже почти все знает о моем коро-
  теньком пребывании на территории ее владений - у них превосходно постав-
  лена разведка. Знает о бое и победе над Вагифом, слышала о моей мирот-
  ворческой речи и готовности к переговорам и теперь хочет познакомиться
  со мною лично. И, если я не возражаю, то эти переговоры сразу же и про-
  вести. Безопасность гарантируется.
   И несмотря на то, что лапы мои буквально подламывались от усталости и
  пережитого, я ответил уже даже не в манере, а почти голосом Фридриха фон
  Тифенбаха:
   - Я чрезвычайно ценю приглашение Мадам, буду искренне рад быть предс-
  тавленным ей, и если мое скромное участие в будущем взаимоприемлемом
  Единении