бармены в Запад играют, так
  сказать, пытаются создать атмосферу "изячной заграничной жизни", пожрать
  нечего; сегодняшнее "деловое" жлобье в красных пиджачках с блядями гуля-
  ют под большое декольте - прикуривают от стодолларовых бумажек; тут же
  их бандиты в кожаных курточках и два-три перепуганных иностранца в по-
  тертых джинсиках. И мой Шура Плоткин, которого один из этих иностранцев
  и пригласил. Как журналист - журналиста...
   Так что о ночном баре у меня были самые неважненькие представления.
  Потому что Шура зря ничего хаять не станет.
   А тут, когда Водила принес меня в ночной бар, поставил сумку на ди-
  ванчик рядом с собой и расстегнул у меня над головой молнию, я слегка
  высунулся, огляделся и офонарел! Красиво - слов нет!!! Почти так же, как
  в шашлычной у Сурена Гургеновича. Только в тысячу раз красивее!..
   М-да... Тут Сурен Гургенович проигрывал со страшной силой! И в ассор-
  тименте напитков, и в интерьере, и вообще...
   Зато в защиту Сурена Гургеновича должен заметить, что таких аппетит-
  ных запахов, как в нашей шашлычной, здесь, конечно, не было. Запахи в
  ночном корабельном баре, прямо скажем, были - не фонтан. Слегка алкого-
  лем, чуть-чуть пивом, еле-еле какими-то бутербродиками, жареными орешка-
  ми и...
   ...клянусь, сильно попахивало нашим братом - Котом! .. Вот это да!
   Я сразу подумал, что кто-то из посетителей бара с собой тоже Кота
  принес. Огляделся кругом - ни души. Только Лысый, мой Водила и я. И все.
  А