ели день, отоспались.
   И еще одна ночь в степи. Самая длинная ночь: когда знаешь, что
  близок конец пути, каждая верста тянется бесконечно.
   Стали гаснуть звезды, и примолк оркестр цикад, а подвода все
  ползла и ползла в клубах поднимавшегося с земли серого теплого тумана.
   Но вот Ящук остановил лошадь. Некоторое время прислушивался,
  приставив ладонь к уху.
   - Ага! - удовлетворенно сказал он.
   Еще через минуту донесся приглушенный расстоянием крик паровоза.
   Утром они были на станции. Ехали не таясь - на водокачке весело
  полоскался красный флаг.
  
   В этот день на долю Саши выпало еще одно испытание.
   Они уже распрощались со своим спасителем, кое-как втиснулись в
  древний щелястый вагон, набитый беженцами, мешочниками, шпаной, как
  вдруг Саша сжала руку Андрею. Глаза ее были устремлены в противополож-
  ный угол вагона. Шагин посмотрел туда. Увидел пожилого мужчину в ко-
  телке и легком пальто и рядом с ним миловидную женщину, много моложе
  своего спутника. Они сидели на больших желтых чемоданах и жадно ели,
  доставая пищу из газетного свертка, который на коленях держал мужчина.
   Шагин сразу узнал Сашиного отца. Спутницей же, вероятно, была та,
  из-за которой он покинул семью. В свое время история эта наделала мно-
  го шума в городе.
   ...Саша молча проталкивалась подальше от этих двоих. Шагин шел
  следом, прижимая к боку