д вечер пленного повели на допрос.
   В зале, где он оказался, не было ни обязательных при таких
  обстоятельствах писарей или стенографистов, ни даже строгих
  следователей. Возле камина был сервирован стол - отсветы жаркого
  пламени играли на хрустальных бокалах и серебряном ведерке с бутылкой
  шампанского...
   Лелека нерешительно остановился, полагая, что доставлен сюда по
  ошибке. Но с кресел поднялись два офицера, улыбнулись, пошли навстречу
  поручику.
   Его будто ударило. Он вдруг все понял.
   - О, наш гость в дурном настроении! - воскликнул румяный оберст1.
  - Еще бы, устал с дороги, проголодался!..
   1 Полковник (нем.).
   Лелека был взят под руку, препровожден к столу.
   Солдат ловко откупорил шампанское, разлил его по бокалам и вышел.
   - За успехи в вашей новой работе, - провозгласил оберст и выпил.
   Лелека выронил бокал. Опустив голову, он смотрел на пятно,
  расплывавшееся по скатерти. Почему-то вспомнился пластун - в тот миг,
  когда пулей ему разнесло голову.
   Он поднес руку к лицу, коснулся ею щеки - сюда брызнули капельки
  солдатской крови. Казалось, они и сейчас жгут... А второй пластун в ту
  минуту еще жил - корчился на снегу, царапая его бурыми охотничьими
  постолами... Разведчики лежали у ног поручика, а выстрелы все гремели.
  Это чудо, что ему, Лелеке, удалось уцелеть.
   Вырваться