ие.
   Он заставил себя шагнуть вперед.
   За его спиной запирали дверь - на цепочку, на ключ. А он все
  силился вспомнить, где уже встречался с мужчиной, у которого такой
  резкий фальцет?..
   Тщательно заперев дверь, человек завозился в темноте. Лелека
  почувствовал резкий запах керосина.
   Чиркнула спичка. Из мрака смутно проступила спина в шинели, -
  согнувшись над низким столиком, хозяин квартиры зажигал лампу,
  протирал стекло.
   Стало еще светлее - стекло надели на лампу.
   Человек поднял ее, медленно повернулся к Лелеке.
   Они долго глядели друг другу в глаза - Лелека и тот, кто
  несколько часов назад кричал на него в одном из кабинетов на
  Гороховой, 2.
  
   В этой квартире Лелека прожил четыре дня, не смея приближаться к
  окнам, зажигать огонь или спускать воду в уборной, когда отсутствовал
  хозяин.
   Время текло однообразно. Приютивший его человек уходил на работу
  рано утром и запирал дверь на ключ. Возвращался вечером на короткое
  время, потом вновь исчезал - до глубокой ночи.
   Они почти не разговаривали. Явившись домой, хозяин клал на стол
  сверток с едой, уходил в соседнюю комнату. Оттуда доносился скрип
  диванных пружин, шелест бумаг, негромкое покашливание. Изредка
  дребезжал телефон, и тогда хозяин квартиры долго крутил ручку
  старенького "эриксона", ругался с телефонными