Надо зарыть портфель. - Шагин потряс ее за руку. - Я клянусь:
  доведу тебя до места и немедленно возвращаюсь за ним. Ни минуты не
  промедлю!
   Саша открыла глаза, посмотрела поверх головы спутника:
   - Мне трудно стоять, Андрюша. Труднее, чем идти. Дай мне дорогу.
   Так начались пятые сутки похода.
   Они шли весь день, не встретив ни души. Под вечер набрели на
  ручей, который змеился по дну длинного извилистого оврага.
   - Вот оно, счастье! - сказал Шагин.
   Он помог Саше спуститься к ручью, усадил ее так, чтобы можно было
  дотянуться до воды.
   "Действительно, счастье", - подумала Саша, вдыхая ароматы влажной
  зелени, земли.
   Они вволю напились, обмыли лица, руки. Саша разулась, опустила
  ноги в прохладную воду. Сейчас она чувствовала себя гораздо лучше,
  даже улыбнулась, когда Шагин вдруг с размаху лег на песок и сунул в
  ручей голову по самые плечи.
   - Благодать! - воскликнул он, приподнявшись на руках и откинув со
  лба мокрые волосы. - Во всем мире не сыскать лучшего места для
  ночлега. Верю: ручей - доброе предзнаменование перед последними
  переходами.
   Между тем поверхность ручья успокоилась, и Шагин, готовившийся
  вновь погрузить в него голову, вдруг замер. Он увидел в воде отражение
  трех всадников.
   - Что, Андрюша? - тревожно спросила Саша.
   - Люди на краю оврага... Трое конников. Продолжай мыться,