гигантский шишак чудо-богатыря да
  так и оставили здесь на вечные времена. И прижился он, порос ковылем,
  ржавой щетиной перекати-поля...
   На кургане двое пеших - мужчина и женщина, пятеро всадников. Ос-
  тановились, глядят на село. Оно в полуверсте отсюда, просматривается
  из конца в конец - церковь и четыре десятка белостенных хат, выстроив-
  шихся по сторонам единственной улицы. Каждый домишко будто кораблик в
  море: село утопает в зеленых волнах вишневых и яблоневых садов.
   Двое верховых, дав шпоры коням, устремляются вниз по склону кур-
  гана. Остальные конвоируют Сашу и Шагнна.
   Их вели всю ночь: появившийся у оврага второй бандитский дозор
  привез приказ атамана - всем, кто в степи, немедленно возвращаться в
  село.
   Саше совсем плохо. Она повисла на руке спутника, едва переставля-
  ет ноги. Кажется, больше не выдержать. Но "хорек" заехал сзади, напи-
  рает конем.
   - Крепись, Саша, - шепчет Шагин. - Во что бы то ни стало надо
  держаться!
   И она делает шаг по склону кургана, еще шаг и еще...
   Центр села. Подобие площади перед ветхой церквушкой.
   Шагин усадил Сашу на землю. Сам остался стоять, разглядывая соб-
  равшихся.
   Вокруг было много любопытных, в большинстве - женщины. Они стояли
  плотной молчаливой группой и с острым интересом наблюдали за пленными.
  Позади на церковном крыльце расположились бандиты - люди разного об-
  личья,