шесть-семь недель...
   Как бы то ни было, тетради больше не существовали - они сгорели в пламени
  камина, и дым от них рассеялся в ночном воздухе.
   Больше не будет возможности сравнить их - и это, наверное, лучший выход
  из положения. Слишком уж невероятной казалась сама возможность их
  сравнения... Теперь Ханнант мог просто выбросить глупые подозрения из
  головы. Такого рода мысли не должны возникать в голове человека с нормальной
  психикой.
  
  Глава 4
  
   Летом 1972 года Драгошани возвратился в Румынию. Он выглядел очень
  стильно в бледно-голубой рубашке с открытым воротом, расклешенных серых
  брюках, сшитых по западной моде, блестящих черных остроносых ботинках (так
  не похожих на обувь с квадратными носами, которая попадала из России в
  местные магазины) и в светло-коричневом клетчатом пиджаке с большими
  накладными карманами. Стоя в жаркий полдень на окраине небольшого поселка,
  расположенного чуть в стороне от шоссе, соединявшего Корабию и Калинешти, он
  казался совершенно чужим. Облокотившись на машину, он внимательно
  разглядывал тесно прижавшиеся друг к Другу крыши домов и похожие на раковины
  улиток купола деревни, раскинувшейся на пологом южном склоне холма. Его
  можно было принять за туриста, приехавшего либо откуда-то с Запада, либо из
  Турпии, а может быть, из Греции.
   Но его "Волга", такая же черная и блестящая, как его ботинки, наводила на
  иные мысли. Кроме того, его взгляд не был похож на невинно-удивленный