в голове Драгошани, когда он засыпал, но во сне
  он видел не родителей, а эпизоды своего детства, вплоть до того времени,
  когда он покинул Румынию, чтобы завершить образование. Уже тогда он
  предпочитал одиночество, любил быть наедине с самим собой и иногда забредал
  в такие места, куда другие ходить опасались. А может быть, им было запрещено
  туда ходить...
  
  ***
  
   Густые темные леса росли на крутых, извивающихся в форме ярмарочной
  "восьмерки" склонах холмов. Борис только однажды видел "восьмерку" - три дня
  назад, в свой седьмой день рождения (его седьмой день "нахождения", как
  называл его приемный отец), когда в качестве развлечения ему было позволено
  пойти в Драгошани и посетить там маленький кинотеатр. Короткий русский фильм
  был снят на ярмарочных катальных горках, и "восьмерка" была настолько
  реально ощутимой, что у Бориса закружилась голова, и он едва не упал со
  своего места.
   Было одновременно и страшно, и восхитительно - настолько, что он изобрел
  свою собственную игру, похожую на спуск с катальной горки. Конечно, все было
  не так хорошо, да и потрудиться приходилось основательно, но все же это
  лучше, чем ничего. Тем более что все можно было сделать здесь же, на
  лесистых склонах холмов, меньше чем в миле от поместья.
   Сюда, в этот глухой уголок, никто никогда не забредал - именно поэтому
  Борис так любил его. Лес здесь не рубили уже лет пятьсот, и лесники не
  посещали густо заросшие соснами склоны. Только редко