ь, в своей комнате, в одиночестве.
   - Илзе, - неожиданно окликнул он, - э.., мисс Кинковши., я передумал. Я
  бы предпочел, пожалуй, поужинать на ферме. Когда я был еще ребенком, я жил
  на ферме. Для меня это будет не в новинку, а я в свою очередь постараюсь не
  показаться слишком чужим вашей семье. Так что.., когда мы будем ужинать?
   Уже спускаясь по ступеням, она оглянулась:
   - Как только вы умоетесь и сойдете вниз. Мы ждем вас, - теперь она уже не
  улыбалась.
   - А!.. Тогда я приду через пару минут. Благодарю вас. Как только ее шаги
  затихли, Борис быстро скинул рубашку и, распахнув один из чемоданов, достал
  бритву, полотенце, чистые отглаженные брюки и новые носки.
   Десять минут спустя он быстро сбежал вниз и вышел из гостиницы. У дверей
  фермерского дома его встретил Кинковши.
   - Прошу извинить меня, я спешил как мог, - сказал Борис.
   - Ничего страшного, - пожимая его руку, ответил хозяин. - Добро
  пожаловать в мой дом, входите, пожалуйста. Мы сразу же садимся за стол.
   Внутренность дома производила впечатление слишком уж замкнутого
  пространства. Комнаты были большими, но потолки чересчур низкими, а отделка
  очень темной, выдержанной в старинном румынском стиле. За огромным
  квадратным столом, за которым свободно могла разместиться добрая дюжина
  людей, Борис оказался сидящим лицом к окну - рядом с ним никого не было.
  Напротив, закончив помогать матери по хозяйству, села Илзе. На фоне
  льющегося из окна света лицо