н на основе западных представлений делил людей
  на хороших и плохих, исходя из западного критерия прогрессивности
  и реакционности. Правду и справедливость он тоже воспринимал кате-
  горически, отталкиваясь от этого же критерия, но без национальной
  конкретности. И наконец, лишенный национальной почвы, высшие це-
  ли бытия он воспринимал по схеме западноевропейского прогресса, как
  почти автоматический переход от старых форм к передовым. По суще-
  ству, от всего богатства духовных ценностей Русской цивилизации рус-
  ский интеллигент сохранял только нравственный настрой (и то не все-
  гда), а в остальном жил идеями западной цивилизации. Это предопре-
  деляло его внутреннюю раздвоенность, отсутствие цельности и опреде-
  ленности жизненных позиций. Он испытывал постоянную внутреннюю
  неудовлетворенность своей жизнью и всем окружающим, ибо нравст-
  венный настрой требовал от него других мыслей и поступков. Русский
  интеллигент не мог быть духовным вождем своего народа, а мог объе-
  динить вокруг себя только себе подобных.
   Оторванный от национальных корней, русский интеллигент нередко
  воображает себя свободным и сильным, но это только иллюзия. На са-
  мом деле он раб своих беспочвенных идей, освободиться от которых не
  может из-за отсутствия национальной опоры. В своем выдуманном сво-
  еволии он мечется как рыба, выброшенная на берег, обреченная после
  ряда судорог погибнуть.