лену у своей мечты... Достоевский видит и
  изображает этот мистический распад самодовлеющего дерзновения, вы-
  рождающегося в дерзость и даже мистическое озорство. Показывает,
  как пустая свобода ввергает в рабство - страстям и идеям. И кто те-
  перь покушается на чужую свободу, тот и сам погибает" (Г. Флоров-
  ский). Достоевский предсказал модель поведения русского интеллиген-
  та, лишенного национального сознания, ставшего "подпольным челове-
  ком", могущим объединяться с другими людьми только по принципу
  подпольности. "Подпольные" люди объединяются друг с другом, чтобы
  бороться против русских людей, живущих согласно национальному со-
  знанию. "Подпольные" люди ненавидят настоящих людей и готовы на
  все, чтобы их уничтожить.
   Как вспоминает очевидец событий конца XIX века: "Наша схема бы-
  ла: подпольная работа народовольцев, скрывшись под земством, подго-
  товить в России социальную революцию и вынудить правительство на
  перемену строя. Наступит "свобода", а что за "свобода, в каких формах,
  никто не знал".
   Да, жажда свободы в российской интеллигенции была велика, но и
  не в меньшей степени неопределенна и бесформенна.
   А по сути дела - это была свобода от своего народа, свобода от
  русских основ, традиций и идеалов.
   Жизненные интересы народа, замечал русский историк академик
  В.П. Безобразов, не прикасаются к "движению идей", которое проис-
  ходит в живущем