гами "Долой Самодержавие", "Да здравствует рево-
  люция", а в карманах их будут лежать бомбы и пистолеты. Наконец,
  письмо Гапона носило недопустимо ультимативный характер - на та-
  ком языке разговаривать с Царем коренной русский человек не смел и,
  конечно, вряд ли одобрил бы это послание.
   Гапон и преступные силы, стоявшие за его спиной, готовились убить
  самого Царя. Позднее, уже после событий 9 января, Гапона спросили в
  узком кругу:
   "- Ну, отче Георгий, теперь мы одни и бояться, что сор из избы вы-
  несут, нечего, да и дело-то прошлое. Вы знаете, как много говорили о
  событии 9 января и как часто можно было слышать суждение, что при-
  ми Государь депутацию честь-честью, выслушай депутатов ласково, все
  обошлось бы по-хорошему. Ну, как вы полагаете, о. Георгий, что было
  бы, если бы Государь вышел к народу?
   Совершенно неожиданно, но искренним тоном, Гапон ответил:
   - Убили бы в полминут, полсекунд!"*1
   Представители всех антирусских партий распределялись между от-
  дельными колоннами рабочих (их должно быть одиннадцать - по чис-
  лу отделений гапоновской организации). Эсеровские боевики готовили
  оружие. Большевики сколачивали отряды, каждый из которых состоял
  из Знаменосца, агитатора и ядра, их защищавшего (т.е. тех же боевиков).
  Все члены РСДРП обязаны быть к шести часам утра у пунктов сбора.
  Готовили знамена и транспаранты: "Долой Самодержавие!", "Да