онной бесовщины, поль-
  зуясь автономной неприкосновенностью учебных заведений, открыто
  призывали к социальной революции и использовали учебные заведения
  для проведения антирусских сборищ. Студенты бросили учиться и за-
  нялись политикой, слыть революционером считалось высшим шиком.
   Митинги в учебных заведениях приобретали истерический характер.
  Кликушествующие выкрики: "Долой Самодержавие!", "Да здравствует
  свобода!" - переходили в массовый психоз, превращая учащихся в ста-
  до баранов, готовых пойти на любую глупость или преступление. Что-
  бы сорвать занятия в аудиториях, нередко разливали "с политической
  целью" какую-то "невероятно вонючую жидкость".
   В сентябре - начале октября жизнь в стране парализовалась забас-
  товками. "Профессиональные союзы", в которых руководили револю-
  ционные бесы и либерально-масонские деятели "Союза освобождения",
  подстрекали рабочих на беспорядки, дезинформируя их о настоящих
  намерениях государственной власти. Рабочих, отказывающихся прини-
  мать участие в забастовках, объявляли штрейкбрехерами и запугивали
  угрозой физической расправы. Вооруженные до зубов революционные
  боевики терроризировали рабочих.
   В октябре забастовали железные дороги. Беспорядками руководили
  все те же революционные элементы и деятели "Союза освобождения",
  к этому времени оформлявшегося в кадетскую партию. Невидимый
  для многих русских людей дирижер